Как НАСА заботится о безопасности и рассудке своих астронавтов

Суровую обстановку межпланетных путешествий выдержат не все




Астронавт – одна из самых опасных, стрессовых профессий с высокими ставками на нашей планете (и за её пределами). По изоляции, ограниченности пространства и экстремальности её можно сравнить, разве что, с работой полярников и команд военных подлодок. Конечно, последним редко приходится иметь дело с воздействием радиации, изменением гравитации или перспективой вылететь в воздушный шлюз.

В связи с этим НАСА десятилетия работала над тем, чтобы гарантировать, что когда она отправляет команды за пределы атмосферы, у их членов есть таланты и тренировка, необходимые для выполнения поставленных задач и безопасного возвращения домой. И теперь, когда мы начинаем примеряться к Марсу – и путешествию в оба конца длительностью более двух лет – перед НАСА встаёт беспрецедентный вызов в этой области.

Даже в относительно небольшие временные отрезки во время нахождения на МКС перед астронавтами встаёт множество проблем, и появляются факторы, способные изматывать их физически и эмоционально. Среди них: возможные личностные и культурные конфликты, проблемы общения с иностранными членами команд, монотонность и скука ежедневного обслуживания станции, физиологические изменения в организме вследствие микрогравитации и изоляции, беспокойство по поводу воздействия радиации и нарушение циркадных ритмов. Астронавты на МКС, по сути, застряли в небольшом пузыре обитаемой атмосферы с пятёркой других людей на шесть или более месяцев. Этого хватит, чтобы немного свести с ума любого, кроме самых психологически стойких.



Как следует из исследования НАСА, американские астронавты столкнулись с 1800 происшествиями медицинского характера, в течение 89 миссий шаттла, выполненных с 1981 по 1998 года. Менее 2% из них произошли из-за проблем с поведением, причём среди них наиболее частыми жалобами были «беспокойство и раздражение». И наоборот, синдром космической адаптации, в ходе которого астронавты страдают от морской болезни, головной боли и онемения лица, пока не привыкнут к жизни в микрогравитации, отвечает за 40% медицинских проблем, происшедших за тот же период.

При этом нельзя сказать, что у астронавтов не бывает периодических нервных срывов. Миссию "Союз-21" пришлось прервать в 1976 году, когда команда обратила внимание на сильный запах в капсуле. Источник запаха так и не нашли, и весь инцидент списали на массовую галлюцинацию, вызванную стрессом. В 1989 году командир шаттла Дэвид Уокер, недавно вернувшийся со своей первой миссии, и переживавший тяжёлый развод, провёл реактивный самолёт Т-38 в 30 метрах от пассажирского рейса компании Pan American. И хотя НАСА так и не признала, что стресс, вызванный прошедшей миссией, стал одной из причин чуть не случившейся катастрофы, агентство всё-таки устранило Уокера от командования и запретило ему полёты до 1992 года.

Позже, в 2007 году астронавт Лиза Новак проехала полторы тысячи километров через всю страну без остановки, взяв с собой подгузник для взрослого, пневматический пистолет, молоток для крокета и нож, чтобы напасть на соперницу, которую подозревала в романе со своим возлюбленным, в аэропорту Орландо. После того, как она неудачно попыталась полить своего врага из перцового баллончика, Новак арестовали и обвинили в попытке убийства. Команда её юристов заявляла о её невменяемости, и предъявила диагноз, согласно которому Новак страдала от краткого психологического срыва и серьёзной депрессии, вернувшись с недавно закончившейся миссии «Дискавери».



«Несистематические и эмпирические свидетельства говорят о том, что вероятность возникновения неблагоприятных изменений в когнитивных и поведенческих функциях или психиатрических проблем серьёзно увеличивается с увеличением длительности миссии, — говорится в заключении программы по исследованиям человека в НАСА, в рамках которой исследовалось психологическое здоровье астронавтов. – Кроме того, хотя когнитивные, поведенческие или психиатрические проблемы могут прямо не угрожать успеху миссии, эти проблемы могут, и часто ухудшают здоровье индивидуумов и всей команды, а также их самочувствие и эффективность».

Первая линия защиты в агентстве против таких проблем – серьёзный отбор кандидатов. Многие из них приходят из профессий с высоким уровнем стресса, таких, как пилот истребителя или врач; по сути своей опасных профессий с высокими ставками, где неверное решение может оказаться смертельным. Возможность подавлять страх и беспокойство для преодоления проблемы имеет первостепенное значение. Астронавты «уже знают, что могут встретиться с серьёзными проблемами, — сказал журналу Astronaut в январе главный операционный психолог НАСА доктор Джим Пикано в январе, — и они считают, что способны справиться с ними».

Строгий режим тренировок помогает сгладить оставшиеся у кандидатов сомнения. «Тренировка, которую проходят астронавты, формирует их уверенность в процедурах и имеющемся у них оборудовании, в способности справляться как с выполнением полётных программ, так и с внештатными ситуациями, — продолжил он. – Репетиция этих случаев снова и снова взращивает чувство подготовленности, позволяющее им считать, что они могут повлиять на окружающую обстановку и улучшить её».

Конечно, на одной уверенности в себе в процессе отбора не выедешь. Из 18 000 кандидатов, подающих заявки, в итоге к полёту в космос одобрят порядка 60 человек. НАСА оценивает кандидатов по девяти отдельным "подходящим умениям":
  1. Способность работать в стрессовых условиях.
  2. Навык группового существования.
  3. Навык работы в команде.
  4. Владение эмоциями и настроением.
  5. Мотивация.
  6. Рассуждения и принятие решений.
  7. Добросовестность.
  8. Навыки общения.
  9. Лидерские навыки.


И это только начало. В процессе отбора кандидатов подвергают многочасовым психиатрическим тестам, чтобы гарантировать набор «подходящего материала» для нужных миссий. Пройдя проверку, астронавтам приходится проходить сквозь множество дополнительных наборов тестов психологической оценки в рамках подготовки к полёту, во время миссии и по возвращению. На борту МКС команды участвуют в психологических конференциях с наземными медиками.

Кроме того, НАСА много сил тратит на то, чтобы поддерживать контакт астронавтов с МКС с их друзьями, родственниками и общественностью, чтобы противостоять огромным психологическим стрессам, через которые они проходят. НАСА предоставляет доступ астронавтам с МКС к соцсетям, спутниковым телефонам и видеозвонкам, чтобы они могли пообщаться с семьёй, скачивать видео и не пропускать последние серии сериалов, а также регулярно отправляет посылки с Земли. Астронавтов также поощряют заниматься хобби во время нахождения на борту, будь то фотография, чтение, или, как в случае командира Крис Хедфилд, запись гитарного альбома в условиях микрогравитации.



Также НАСА подыскивает менее навязчивые способы отслеживания психического здоровья астронавта в космосе. «В исследованиях, финансируемых НАСА, проводятся эксперименты с технологиями визуального распознавания», — рассказал доктор Лоуренс Палинкас, профессор социальной политики и здравоохранения из Южно-Калифорнийского университета. Ту же технологию, которую правоохранительные органы используют для отслеживания и распознавания людей, потенциально можно будет использовать для отслеживания психологического состояния членов команды. «При наличии аномалий или отклонений психолог будет вооружён более подробной информацией, позволяющей адекватно отреагировать на ситуацию», — сказал он.

И, тем не менее, Марс находится в 56 млн км от Земли даже в точках наибольшего сближения. На путь в оба конца понадобится не менее двух с половиной лет. «Марс очень далеко от нас, и у экстремальных расстояний есть сложные психологические последствия», — сказал Ник Канас, почётный профессор психиатрии из Калифорнийского университета в Сан-Франциско в интервью американской психологической ассоциации в 2018. «В таких условиях сложно будет получить необходимую нам социальную новизну». Учитывая масштаб миссии, в ней будут участвовать космические агентства различных стран, и, скорее всего, они отправят туда собственных космонавтов.

Филис Джонсон, адъюнкт-профессор социологии из университета Британской Колумбии недавно исследовала влияние подобных опасных удалённых работ на остающихся дома членов семьи. «Мы следим за тем, как астронавты создают международную космическую культуру, и создают ли, — рассказала она. – Или же они останутся отдельными экземплярами „своей собственной“ культуры. То есть, в первую очередь, американцами, канадцами, немцами, или же представителями соответствующих космических агентств».

«Создают ли они нечто, охватывающее всё это сразу, — продолжила она, — и видят ли они в этом процессе воссоздание некоторых традиций – того, как принято делать нечто в команде – которые будут продолжать следующие группы».

И это сообщество будет жизненно важным, ведь чем дальше они будут от Земли, тем больше будут становиться коммуникационные задержки. Когда они приблизятся к Марсу, сигналу с Земли понадобится 20 минут на то, чтобы добраться до них. Вместе с таким же по длительности путём сигнала назад и временем на запись ответа получится задержка минимум в 40 минут. Это сделает общение в стиле телефонных разговоров невозможным.

«Несомненно придётся определять протоколы, описывающие коммуникации в подобных условиях, — сказал Палинкас, — и то, как вопросы и ответы будут соединяться друг с другом для минимизации прерываний привычного хода беседы».

НАСА не планирует отправлять команду к Красной планете ещё ближайшие лет десять, ведь пока ещё есть столько возможностей для исследования и использования богатств Луны. Это должно дать агентству достаточно времени для того, чтобы ещё больше усовершенствовать технологии и полётные системы, необходимые для поддержания жизни астронавтов, и, что более важно, их благоденствия во время их опасного путешествия.
Источник: habr.ru